Суббота, 18.11.2017, 14:45
Приветствую Вас Гость | RSS

Персональный сайт Людмилы Енисеевой-Варшавской

Каталог статей

Главная » Статьи » Документальная проза » Кино

Как киношники "отрепетировали" праздник Туркестана
    В эти дни, отмечая свое 1500-летие, Туркестан принимает гостей. Повсюду на обновленных улицах его, в самом мавзолее Ходжи-Ахмеда Ясави, как когда-то в древности, - многоноликая, разноголосая, из разных стран прибывающая публика. Такого многолюдья древняя столица Турана в наши дни, пожалуй, даже и не видала. Хотя старожилы вспоминают, как однажды, лет тридцать назад, все запестрело вдруг здесь тюбетейками, меховыми малахаями, зелеными и белоснежными чалмами, и начался на центральной площади шумный торг прибывающих на ярмарку со всех концов света караванщиков-купцов. Правда, все уже знали, что это наши кинематографисты ведут съемки картины  "Безбородый обманщик", или как еще называют ее - "Алдар Косе". Дабы события в ней выглядели вполне убедительно, из фанеры и пенопласта был выстроен вокруг мавзолея такой же город, каким был некогда Туркестан. Делался он по эскизам одного из художников-постановщиков фильма, к сожалению, сейчас уже ушедшего в мир иной Кулахмета ХОДЖИКОВА. 
    - Сам факт этот, может, и не столь примечателен, -  говорит дочь художника Сауле Кулахметовна Ходжикова, - мало ли где и когда возводится что-то подобное! Но в юбилейные дни священного Туркестана многое видится по-другому. Один к одному строилось киношниками это средневековое чудо, и все в нем - давно исчезнувшие крепостные стены, минареты, башни, городские въездные ворота, караван-сарай - восстановлено было до сантиметра. Единственное, что отец нарушил сознательно, - он "перенес"  на улицу из главного зала мавзолея, то есть казанлыка, большой жертвенный котел.
    - Говорят, в нем когда-то священнослужители держали целебную воду.
    - Да. После пятничной молитвы ее разливали верующим. Создателям же фильма сооружение это было нужно, во-первых, для будущих мизансцен, а, во-вторых, из него по ходу действия раздавали угощение дервишам и приезжим гостям. Конечно, это было бутафорское творение. Но оно копиистически повторяло подлинный бронзовый ритуальный котел, находившийся тогда в Эрмитаже. Оказывается, в свое время генерал Перовский, увидев его, приказал перевезти эту диковину в Петербург. И папа специально съездил туда, чтобы снять копию.
    - Стремился, чтоб все в фильме имело документальную основу?
    - К истории он вообще относился очень серьезно. А когда он строил свой киногород, все жители собирались вокруг. Они думали, что наконец-то началось давно обещанное правительством восстановление мавзолея. Горячее ожидание их подтолкнуло папу обратиться к тогдашнему министру культуры Ильясу Омарову с проектом реставрации мавзолея Ходжи Ахмеда Ясеви. Сразу же после съемок "Алдара-Косе" он написал ему докладную записку, где подробно изложил идею музея в Туркестане. Дело было, как ты понимаешь, не в прямой географии (в 1914 году папа родился там), а в связях иного свойства. Вот как он объяснял их сам: "Первым попечителем и биографом мавзолея Ходжи-Ахмеда Ясави был мой отец Конгыр-ходжа Ходжиков. И мавзолей был ему настолько дорог, что он даже своего сына-первенца (моего старшего брата, тоже художника) назвал в честь Ясави Ходжой-Ахмедом. Последние четыре года своей жизни, вплоть до ареста в 1938-м году, отец посвятил изучению этого замечательного памятника. Понимая, что мавзолей является центром умственного средоточия всего Туркестана, он считал его также единственным пантеоном выдающихся личностей казахского народа". Высокообразованный, любящий родную казахскую культуру Ильяс Омарович незамедлительно откликнулся на папино предложение - реставрация мавзолея Ходжи Ахмеда Ясави сегодня с успехом осуществляется, возвращая нам в первозданном виде один из замечательных памятников эпохи тимуридов. Тогда же папа настолько уверился в необходимости серьезного исследования культурного наследия веков, что впоследствии возглавил создание Республиканского музея прикладного искусства.
    - То есть работа над кинореконструкцией Туркестана представляла для Кулахмета-ага не только художественно-исторический интерес?
    - Да, в ней он продолжал начатое отцом дело.
    - Имя Конгыра-ходжи на слуху. Но хочется знать о нем еще более подробно.
    - Один из наиболее образованных людей дореволюционной формации, он после окончания в 1900 году Императорской учительской семинарии получил диплом народного учителя. Владел арабским, фарси и старо-чагатайским языками, хорошо знал историю Востока и Средней Азии. Переводил "Шахнаме", был соавтором "Истории-поэмы царствования дома Романовых", выпущенной в 300-летию этой династии. В 1917 году с Мустафой Чокаевым и Мухамеджаном Тынышпаевым входил в состав временного правительства Кокандской автономии. В 1920-х заведовал Киргизским институтом народного образования, затем подвергся аресту за участие в "Алаш-Орде".
    - Бог мой, здесь что ни факт, то веха истории!
    - Это еще не все! Именно Конгыр-ходжа вносит предложение, чтобы казахи назывались, наконец-то, казахами, а не киргизами. Он входит в экспертную комиссию при определении границ Казахстана. После переезда столицы республики в Алма-Ату по его инициативе здесь открываются Институт национальной культуры, художественное училище, картинная галерея. Дед был историком, и вместе с Санжаром Асфандияровым и профессором Кунте подготовил сборник "Прошлое Казахстана в источниках".
    - Не так давно книга эта была переиздана. Это уникальный и очень ценный труд.
    - Но основной его заботой оставалась все-таки старина. И он, организовав Комитет по охране археологических памятников, выезжает в экспедиции, создает атлас-карту исторических реликвий Казахстана. Именно Конгыр-ходжа предложил взять под государственную охрану Айша-Биби и не раскопанные тогда еще иссыкские курганы, развалины Отрара и Саурана, надгробие Коркута и степные мазары. Дабы спасти от уничтожения построенный в начале века алма-атинский Кафедральный собор, дед настоял на том, чтобы в нем открыли краеведческий музей. Естественно, поскольку сам Конгыр-ходжа был набожным и происхождение свое вел от ходжей, в семье нашей очень почитали деяния основателя суфийского течения в Туркестане - Ходжи-Ахмеда Ясави. Основные постулаты - честность, скромность, порядочность, чувство братства и равенства, непризнание богатства и других излишеств исповедовались всеми. Но важнее всего считалось духовное начало. Оно-то и вело отца моего по линии, заданной дедом.
    - Ты имеешь ввиду интерес к памятникам старины?
    - В первую очередь. После ареста деда, а затем и его старшего сына Ходжи-Ахмеда мой папа остался за главного. Ему предстояло продолжить отцовские начинания. Работая над театральными и кинокостюмами, создавая декорации, он стремился к исторической точности. Как Конгыр-ходжа, копался в книгах, ездил по Казахстану, встречался с народными мастерами, зарисовывал остатки старины, добился-таки открытия Республиканского музея прикладного искусства и сделал все, чтобы наполнить его достойными экспонатами.
    - Словом, вел настоящую исследовательскую работу!
    - Да. А попутно, работая на фильме «Алдар-Косе», вполне предметно прикидывал возможности реставрации мавзолея Ходжи-Ахмеда Ясави. Будучи в Ленинграде, сделал выписки указов Темирлана, касающихся этого строения, а также наставлений по охране его и содержанию. Думал об облицовке фасада, переводе и восстановлении текстов главного фриза, реконструкции культовых зданий, в том числе подземной молельни, где в поисках единения с тенью Пророка верующие проходили обряд отречения от земной жизни. И уж, конечно, как кинохудожник папа представлял Туркестан и мавзолей в любых видах и проекциях. В памяти моей сохранились некоторые его рассказы, связанные с этим. Например, он говорил, что вычитал в одной рукописи, хранящейся в библиотеке мавзолея (он, как и Конгыр-ходжа, владел арабским, фарси и старо-чагатайским языками), как один казах из рода кипчак совершил на своих самодельных крыльях полет с крыши портала Азрета Султана и был за это как еретик публично убит муллами. Этот примечательный факт можно было бы с успехом отразить в жанровой картине. Не раз бывал папа и в самом мавзолее. Там он воочию "прошелся" по тем материалам и описаниям, что были собраны в свое время Конгыром-ходжой. С папиной подсказки появились в сценарии фильма "Алдар-Косе" («Безбородый обманщик») связанные с этими объектами эпизоды.
    - Это было как бы возвращением к отцу?
    - И к своему детству. Ведь Туркестан для него святое место, это - родина. И здесь во всем ощущалось присутствие Конгыра-ходжи. Вот большие, высокие коридоры, по которым не так давно еще он ходил.  Перекрытый арками и полуарками зал знаменитой китабханы, то есть книгохранилища мавзолея, книги и старинные рукописи, которые он изучал. На эти плиты ступала его нога. Тут он молился, общаясь с духом Ходжи-Ахмеда Ясави. Восстановив все это на экране, папа мой как бы "отрепетировал" возрождение облика "малой Мекки" мусульманского мира. И мне кажется, что в сегодняшнем праздновании полуторатысячелетнего юбилея Туркестана есть хоть и небольшая, но все-таки доля стараний Конгыра-ходжи и Кулахмета Ходжиковых.
                                                    2001 год.



«Несомненно, каждый из нас должен стремиться к постижению опыта всего человечества. Но без знания своего народа, органической связи с его жизнью не может быть подлинной культуры. Человек, не осознающий этого, ничем не обогатит ни науку, ни искусство, ни литературу, ибо любое новое открытие, весь сегодняшний прогресс зиждутся на сумме знаний, накопленных за много веков».

                                                            1984 год.

Категория: Кино | Добавил: Людмила (08.06.2013)
Просмотров: 477 | Теги: Кулахмет Ходжиков | Рейтинг: 3.5/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Поиск
Наши песни
Поделиться!
Поиск
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Яндекс.Метрика